Главная arrow Статьи arrow Воины на все времена
Воины на все времена Печать E-mail
Оглавление
Воины на все времена
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52

Другое дело - культурная традиция. Православие как обряд вплелось в сознание и бытие русского человека удивительным узором душевной чистоты, внутренней сдержанности и неистребимого патриотизма. Для многих поколений русских людей белоцерковный мотив пейзажа стал символом Родины. Эстетическим символом. Вполне естественно, что каждая морально устойчивая личность готова защищать этот символ в случае угрозы его истребления. Подобная угроза может осознаваться и как направленное действие против русского самосознания вообще. С другой стороны нельзя не заметить, что православию привержены русофобствующие атлантисты. И демократическая пресса, ведущая непримиримую войну с русским патриотизмом, всячески благоволит к православию. Тут нет никакого парадокса. Американисты эксплуатируют в православии не русскую эстетическую символику, а исключительно выгодные им христианские догмы, главная из которых - "Все люди - братья". За глуповатой внешней наивностью здесь разворачивается мощный фронт противодействия национальному самосознанию народов. Христианское мировое братство, способное сожрать любые национальные различия, сдерживается лишь внутренними противоречиями, воплощенными во взаимную непримиримость конфессий. Атлантисты ничуть не ошиблись, пропагандируя православие и делая на него ставку. И все-таки милитарию не следует навязывать формы духовно-эстетической символики. Русь, безусловно, можно соединить и с другой символикой, более близкой воинской душе. Великий пример этой эстетики продемонстрировал наш безвременно ушедший художник Константин Васильев. Символистика его Руси лучшим образом иллюстрирует все мною сказанное. Однако эти символы следует культивировать не пороча и не принижая уже сложившиеся стереотипы, не наступая им на горло. В противном случае можно серьезно затормозить сращиваемость русского воинского элемента разной духовной ориентации.

Религиозная ориентация, а точнее, духовная ориентация - одна из острейших проблем формирования менталитета дружины. Отход от христианского формотипизма может содержать интерес к дружине со стороны многих самоопределяющихся и социально активных воинов. Каков же выход? Отвечая на этот вопрос, следует установить причину религиозности вообще. Она состоит в том, чтобы заполнить духовный вакуум. Большинство делает это традиционным способом, кто-то экзотическим, сектантским. Однако духовность имеет и социальную опору. Трудно это оспорить. Храм - не только символ веры, но и форма социального единства. А значит, социум способен влиять на Храм. В противном случае христианство было бы абсолютно однородным, единоконфессионным.

Несколько лет назад мне попалось на глаза объявление в одной рекламной газете. Текст гласил примерно следующее: "Предлагаю всем, кто разочаровался в существующих формах религии, объединиться для создания нового культа". Простенько, но от души. Предлагается совместно построить обряд, храм, внешнюю оболочку, а вера подразумевается как приложение. Явление вполне типичное для нашего времени, если не считать откровенности призыва. Смена духовной ориентации в подавляющем большинстве случаев - абсолютно осознанный волевой акт. Человек сперва входит в храм, а потом начинает верить. Таким образом, притягательность обряда, магия внешнего действия играет огромную роль в религии. Огромную, если не решающую. Однако, бытие милитария, при внимательном рассмотрении тоже вовлечено в некий ритуал. Разве постоянство тренировок в борцовских залах, это не ритуал? Для большинства практикантов боевых искусств, чей стаж перевалил за десятилетие, это именно пожизненный ритуал. А таких десятки тысяч. А разве не ритуал принятие присяги, заступление в наряд, приветствие, обращение к старшему и т.п. Мы просто уже не осознаем это как ритуальное действие. Внешняя обязательность ритуальных армейских действий, утвержденная и догматизированная уставами - это все, что осталось от кастового воинского бытия, сопряженного с магическими таинствами традиций, инициациями и посвящениями, символикой и незыблемой моралью. Вот он, Храм воина! И ему не нужны никакие дистрофичные пророки истерзанные апокалиптическим истощением ума, разляпистая несуразица богоявленных символов, рукотворные трактаты самопровозглашенных богоизбранников, догматворное обложение мозгов гадливыми парадоксами сомнительных истин, самоистязания под лозунгом спасения души и прочее. Нет, ничего этого воинскому Храму не нужно. Он воздвигается мужеством и волей, что вызывает у иных зависть, у иных благоговение, физическим здоровьем. Культивируемым как неоспоримая истина, преданностью Отечеству, Роду, отеческой Крови, желанием умереть за свой народ, явив тем самым главный признак воинской духовности, созданием сильного и жизнеспособного потомства, генетически отторгающего порок и разложенчество. Вот этот Храм. Его кирпичами становятся простые и соединимые с воином истины:


 
« Пред.   След. »